.: Выставки ...
«Пленительные ликилюбви и красоты» c 12 февраля 2009 г.
Не одно столетие знатоки и критики искусства дискутируют о тонких эстетических и моральных границах, которыми должен руководствоваться художник при изображении обнаженного человеческого тела. Различия в понимании того, что можно и чего нельзя при зрительном воплощении отношений мужчины и женщины, отражают не просто художественные эпохи, но цивилизации. Для полинезийцев или представителей африканских племен нагота – обычное состояние, никак особенно не связанное с сексуальностью. Другое дело – европейцы. Стихийная сексуальность, разбуженная эпохой Возрождения, уже к XIX веку становится постоянной почвой для эпатажа в сфере изобразительного искусства и литературы, открывает совсем другие корни, со времен античности питающие культуру Европы.
Обнаженная натура ближе, чем жанры натюрморта, пейзажа или портрета ассоциируется с понятием искусства как такового. Любопытно наблюдать, как похоже и в то же время глубоко по-разному подходят художники к этому жанру, как меняются с течением столетий и даже десятилетий запечатленные ими образы.
В античном мире красота тела отождествлялась с мужской обнаженной натурой.
За некоторыми исключениями греки демонстрировали полное отсутствие интереса к женскому телу, которое они считали непропорциональным и не желали ставить рядом с мужскими образцами совершенства. Эта враждебность античного мира к женскому телу была перенята и усилена иудаизмом и христианством.
Обнаженная женская натура является открытием эпохи Возрождения. Среди великого множества произведений изобразительного искусства эротического направления имеется ряд сюжетов, встречающихся чаще других: боги и богини Олимпа, мифологические и библейские герои («Амур и Психея» Франсуа Жерара , «Цирцея» Доссо Досси), Пигмалион и Галатея, Парис, Даная, Персей и Андромеда и др. В нашей экспозиции эта эпоха представлена копией со знаменитой картины итальянца Тициана Вечеллио «Кающаяся Мария Магдалина», выполненной неизвестным мастером в XIX веке. Женщина как воплощение высшей красоты, игнорируя чужой взгляд, открывает свое тело, отдыхает под этим взглядом. Едва ли желание или искушение может нарушить подобное чистое созерцание. Обнаженное тело по законам жанра дистанцируется от какого-либо отношения к интимности. Академическая композиция первой половины XIX века Петра Басина «Вакханалия» стоит в том же ряду.
В XIV-XVIII веках художники если и используют обнаженное тело в качестве натуры, то лишь для того, чтобы в картине она предствала как олицетворение мифологических или религиозных образов. Однако уже в галантных сценах в стиле рококо) перед зрителем предстают хоть и театрализованные, но все же образы обычных людей – современников художника. А великий Франсиско Гойя (1746-1828) в своих портретах («Обнаженная Маха», «Две девушки») вопреки традициям воплощает далекий от академических канонов, характерный для испанок тип чувственной женской красоты.
Только с конца XIX века в изображении наготы появляется больший натурализм, нарочитая эротичность.
Включенные в экспозицию произведения старых русских мастеров, российских и приморских живописцев XX-XXI веков позволяют осветить тему выставки с разных сторон – не только обнаженная натура, но и моменты любовных отношений: ухаживание, свидание, ожидание…(«Галантная сцена» Неизвестного художника XVIII века, «Жанровая сцена» Неизвестного художника XIX века, «Свидание» В.П. Верещагина и «Свидание» С.П. Чайки, «Влюбленные» Р.В.Тушкина).
И еще одну тему отражает выставка – достойную восхищения Красоту («Женский портрет в черном» И.А. Ионченкова, «Лунный свет» О.К. Никитчик, «Портрет жены» М.М. Аветова и «Портрет жены» М.И. Таболкина).
Сегодня, когда обнаженное тело, любовный акт стали слишком доступными, даже можно сказать навязываемыми человеку всеми видами СМИ, мы предлагаем очистить ваше восприятие, вернуть ему первозданную свежесть.
|
| 
|